БУНТ


Кровавый бунт на броненосце "Князь Потёмкин-Таврический" – одно из наиболее заметных событий т.н. мятежа 1905–1907 гг. и первый случай вооружённого восстания целой воинской части...
В Одессе с 12 июня 1905г. начались безпорядки и забастовки рабочих, инспирированные искусной большевицкой агитацией. «Потёмкин» поднял красный флаг и 15 июня пришёл в гавань Одессы, где бушевали революционные волнения. Здесь на судно немедленно прибыли революционеры Бржезовский и Фельдман, которые принялись верховодить и направлять бунт. Под их руководством были написаны прокламации к населению города и войскам: с призывом переходить на сторону восставших матросов, чтобы добиться Учредительного собрания и отмены черты еврейской оседлости. Пламенные революционеры склоняли матросов, не моно, ни мало, высадиться в городе и захватить его, но большинство команды пристало к бунту лишь поневоле и на это не решилось. (50 списалось на берег, лишь бы не участвовать).
13 июня казаки в портовом районе разогнали довольно буйную демонстрацию, были жертвы. Местные, бунтовщики использовали против правительственных частей самодельные бомбы и огнестрельное оружие. На многих кораблях русского флота также действовали большевицкие агитаторы. Лидером таких агитаторов-провокаторов на "Потемкине" стал уроженец западной части Малороссии (а именно - Житомира) унтер-офицер и член РСДРП с 1903 г. Григорий Вакуленчук. Этот "боевик" имел богатый опыт подрывной деятельности.

Особенно искать повода к возмущению не стали. Накануне восстания (13 июня 1905 г. по старому стилю) мичманом А.Н. Макаровым и матросами-артельщиками было приобретено на базаре 28 пудов говядины. Утром 14 июня часть привезенного на броненосец мяса была положена в котел для приготовления борща. В 11 часов на броненосце был дан сигнал на обед. Однако команда отказалась брать баки для борща и демонстративно ела сухари, запивая их водой. В корабельную лавку выстроилась очередь. Об отказе команды есть борщ было доложено старшему офицеру И. И. Гиляровскому и командиру корабля Е.Н. Голикову.

Командир приказал собрать команду. Борщ был освидетельствован старшим врачом броненосца С.Е. Смирновым, который признал его годным. После этого командир пригрозил матросам наказанием за бунт и приказал тем, кто хочет есть борщ, перейти к 12-дюймовой башне. Из строя к башне вышло около ста человек. Видя агрессивное настроение матросов, командир приказал вызвать караул, после чего большая часть команды перешла к башне. Когда в толпе "отказников" осталось всего 30 человек, старший офицер приказал арестовать их. В этот момент Вакуленчук стал кричать, что задержанных расстреляют. Это раскалило обстановку и подбросило жара в огонь. Часть команды побежала на батарейную палубу, взломала пирамиды с винтовками и вооружилась. Попытки офицеров успокоить команду и привлечь на свою сторону не участвовавших в бунте матросов ни к чему не привели. Первым выстрелом, сделанным из батарейной палубы Вакуленчуком, был убит артиллерийский офицер лейтенант Л.К. Неупокоев. В ответ старший офицер выстрелом смертельно ранил Вакуленчука. Через мгновение сам старший офицер был убит матросами.

В ходе восстания были убиты 7 офицеров: командир корабля капитан 1-го ранга Е.Н. Голиков, старший офицер капитан 2-го ранга И.И. Гиляровский, старший артиллерийский офицер лейтенант Л.К. Неупокоев, старший минный офицер лейтенант В.К. Тон, штурманский офицер прапорщик Н.Я. Ливинцев, лейтенант Н.Ф. Григорьев и старший врач броненосца С.Е. Смирнов. Оставшиеся в живых офицеры были арестованы.
По рассказу техника от Николаевского завода по башенным установкам, он был свидетелем, как потащили наверх командира корабля, спустившегося вниз, а затем слышал несколько выстрелов. Кто-то говорил, что, когда командир подымался по трапу и наполовину очутился над палубой, он был убит несколькими выстрелами и тоже выброшен за борт...

Относительно смерти лейтенанта Григорьева вольный механик с Николаевского завода Харкевич рассказал следующее: «Я вместе с инженером-механиком Коваленко и лейтенантом Григорьевым спрятались в моей каюте. Услышав приближение матросов, мы все трое разделись и выпрыгнули через 75-мм борт в воду... По нам команда стреляла из ружей, ранив в голову Григорьева, который пошел ко дну; я же и Коваленко добрались до щитов, откуда были сняты командой и арестованы на корабле.
Подобно лейтенанту Григорьеву, погиб и прапорщик запаса Ливенцов. Он побежал в адмиральское помещение, там разделся и бросился в воду, где и был убит ружейным выстрелом.
Мичман Вахтин... по требованию команды... вышел... в кают-компанию, на него набросились матросы и стульями начали бить по голове... Когда матросы удалились, Вахтин в полусознательном состоянии пополз под стол, боясь быть выброшенным за борт. Через некоторое время оттуда его вытащили и понесли в лазарет, где младшим врачом была сделана перевязка...».

По версии восставших, они подняли стрельбу с перепугу, решив, что командир корабля прикажет отказавшихся от борща расстрелять на месте. Во главе бунтующих встал матрос Матюшенко, тоже большевик. Он лично убил пятерых из семи погибших офицеров.

Процитируем полковника Шульца: «...Взбунтовавшаяся команда выбрала в качестве командира прапорщика в запасе Алексеева... когда он не хотел на это согласиться, ему грозили немедленной смертью. Алексеев часто сиживал в кают-компании, так что я имел возможность к нему присмотреться... мог убедиться, что это глубоко несчастный человек, которому не хватило характера тут же покончить с собою. Но он, чтобы хотя отчасти искупить свою вину, принимал все меры для устранения кровопролития. Так, например, все оставшиеся в живых офицеры имеют причину приписать Алексееву свое освобождение вместо умерщвления. Также его влиянию надо приписать, что с броненосца не бомбардировали Одессу...
Уходя на броненосце «Князь Потемкин Таврический» из Севастополя, решительно не было каких-либо явлений, которые дали бы возможность предположить, что может случиться что-либо похожее на бунт. Отношение командира корабля к команде было самое заботливое, так, например... при мне командир вел переговоры с управляющим рыбным заводом об уступке сетей для ловли рыбы, чтобы этим доставить удовольствие команде».
Мятеж «Потёмкина» стал первым военным восстанием вооруженного бунта 1905 года. Ленин, узнав о нём в Женеве, отправил в Одессу большевика М. Васильева-Южина с приказом: склонить матросов броненосца к десанту, захватить Одессу и затем взбунтовать весь юг России. Васильев-Южин должен был осуществить эту грандиозную программу в одиночку, даже без денежных средств – и прислать за Лениным небольшое судно в Румынию, чтобы он приплыл на нём в Россию возглавить восстание. Однако большевицкий эмиссар опоздал к событиям.

17 июня к Одессе подошла черноморская эскадра из четырёх броненосцев, чтобы захватить «Потёмкин». Но он, пользуясь своим быстрым ходом, дважды прорезал строй эскадры и ушёл в море. При этом к нему присоединился ещё один броненосец – «Георгий Победоносец». Однако на следующий же день не пролившие крови своих офицеров матросы «Георгия» образумились, вернулись в Одессу и сдались властям.

Потёмкинцы пошли в румынскую Констанцу, однако там их соглашались принять лишь как военных дезертиров. На это мятежники не согласились. Среди них росла анархия. Без офицеров нижние чины плохо справлялись с управлением сложным кораблём. 22 июня «Потёмкин» приплыл в Феодосию, предъявив ультиматум: предоставить воду, уголь и еду – иначе город будет разрушен огнём из орудий. На корабль были привезены четыре живых быка, 200 пудов муки, 40 пудов хлеба, 40 пудов мяса, 30 пудов капусты, 30 вёдер вина, но дать уголь и воду феодосийские власти отказались. При попытке захватить их силой потёмкинцы были обстреляны сухопутными войсками, потеряв убитыми и ранеными шесть человек. Часть бунтовщиков требовала начать стрельбу по городу из пушек, однако среди них всё же возобладали «умеренные», решившие не делать этого и вновь уйти в Румынию.
24 июня при посредничестве большевика Христиана Раковского «Потёмкин» сдался в Констанце румынским властям. Разграбив судовую кассу, моряки разбрелись по Европе. Броненосец был возвращён России. Главарь бунтовщиков Афанасий Матюшенко стал ездить по Европе как знаменитость: еще бы - "борец с кровавым Самодержавием".

13 июля 1905 г. начались судебные дела по восставшим. С самого начала следствия встал вопрос по какой статье судить восставших – как воинских преступников – по статье 109-й Военно-морского устава о наказаниях как бунтовщиков, за что в военное время полагалась смертная казнь, или как политических преступников по статье 100-й Уголовного уложения. Несмотря на революционный характер восстания и его политические требования правительство сначала решило вести дело как о военном бунте. Однако, по мере расследования, политическая составляющая в деле всех восставших кораблей выступала всё более и более явно и, в конце концов, во время суда наиболее активным участникам восстания были предъявлены обвинения как по 109-й, так и по 100-й статьям.
Суд над потёмкинцами и моряками миноносца № 267 начался 17 февраля 1906 г. уже в менее напряженной обтановке. Судили 68 человек (54 потёмкинца, 13 матросов с миноносца № 267 и один матрос с судна "Веха"). Троих явных революционеров приговорили к смертной казни, но на основании Царского Указа от 21 октября 1905 г. о смягчении наказаний за политические преступления, совершённые до издания Манифеста 17 октября, казнь заменили 15-летней каторгой. Трое матросов были приговорены к каторге сроками от 3 до 10 лет. Остальных отдали в арестантские роты и подвергли другим наказаниям. Прапорщика Алексеева уволили со службы.
Зачинщик восстания Афанасий Матюшенко в 1907 г. нелегально вернулся в Россию, был арестован в Николаеве и казнён в Севастополе 15 ноября того же года.
Большинство потёмкинцев жило в эмиграции в Румынии. Добровольно из эмиграции до Февральской революции в Россию вернулось 138 матросов. Всего же из первоначального экипажа "Потёмкина", включая тех, кто отказался эмигрировать и вернулся в Севастополь из Констанцы на борту броненосца, в Россию вернулось 245 человек (31 % команды). Остальная часть команды оставалась в эмиграции...
Составлено Николаем Тверским

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
В полемике информационной войны кипящей в инете с современными безбожными краснюками, (продолжателями бесовских дел своих дедов) мы все время слышим как аргумент их защиты, дескать мол ни в чем большевики не виноваты - ни в каких российских проблемах. Россия разрушена была Царскими генералами и будущими Белогвардейцами, а они КРАСНЫЕ - сами есмь спасители Отечества. Словом, всё точь в точь по их грязным и лживым методичкам. Действительность же была совершенно иной.

Комментарии