Н.Р. РЕДЛИХ (1962г.) ОЧЕРКИ БОЛЬШЕВИЗМОВЕДЕНИЯ (ЧАСТЬ 1)

Фикций в СССР великое множество. В отличие от мифов они здесь никогда не исходят от народа - предписываются властью сверху. Фикции очень разнообразны: это и омертвелые мифы и чистые фикции; фикции еще нужные власти и упраздняемые ею; фикции, предаваемые забвению и фикции свежие нарождающиеся, для питания народа; фикции, охватывающие целые логические построения и фикции выражаемые одним словом, одним понятием. Если принять эти многочисленные фикции всерьез, то получится совершенно ФАНТАСТИЧЕСКОЕ понятие о Советской жизни. Задачей изучения и первым условием трезвого понимания Советской действительности является признание этих фикций за то, что они есть на самом деле, то есть за фикции, уяснение их громадного значения в Советской жизни и усмотрение условий, из которых эти фикции неизбежно вытекают. Все сконструированные большевистские мифы и фикции можно условно разделить на две больших категории:
1) положительные, трактующие о величии товарища Сталина и преиму- ществах социалистического строя и
2) отрицательные, разоблачающие и клеймящие всё что не нравится Сталину в настоящем, прошлом и будущем.
Остановимся сначала на первой категории.
1. Положительные мифы и фикции
Задача положительных мифов и фикций - опустошение понятий, означающих противоречащие идее активной несвободы, положитель- ные идеалы, превращение таких понятий, как свобода, счастье, гуманность, демократия в понятия, фиктивные. Ибо таким образом ликвидируется самая возможность называть происходящее в СССР своими именами, люди теряют способность понимать более глубокий смысл производимого над ними насилия, подлинные ценности духа выступают в качестве проституток, а всякого рода критика - и это практически как раз наиболее важно - становится непринципиальной и может быть легко направлена по заведомо ложным, а следовательно выгодным власти путям. Весьма распространено большое заблуждение среди Советских людей убеждение, если не в истинности, то в научной ценности марксизма имеет своим корнем претензию Маркса на научность своего социализма в противоположность утопическому. Во всех учебных заведениях СССР, начиная с неполной Средней школы и кончая Академией Генерального Штаба, утверждение, что истмат и диамат являются абсолютной истиной, повторяется на все лады с гипнотизирующей настойчивостью. У Маркса сказано: «Подобно тому, как философия находит в пролетариате свое материальное оружие, так и пролетариат находит в философии свое духовное оружие». Миф о научной полноценности коммунистической теории есть реальный, живой, действенный миф один из психологических столпов Режима. Суждения вроде: «свобода есть осознанная необходимость», «религия несовместима с наукой», «история общества есть история борьбы классов» и т. д. крепко вошли в мыслительный обиход среднего Советского интеллигента и воспринимаются им как общеизвестные и несомненные истины. Поколебать доверие к советской власти и к Сталину не только не трудно, но в большинстве случаев и не нужно: доверия этого у Советских людей нет. Но выкорчевать веру в научную ЗНАЧИМОСТЬ марксистской философии иногда почти невозможно. Современная советская интеллигенция в большинстве своем знает диамат и истмат (изучению их она должна посвятить немало времени) и на элементарные нападки на это учение имеет готовые, заученные и затверженные возражения... Смысл мифа о научности марксизма огромен. Он служит теориеобразным обоснованием политики Партии во всей духовной жизни страны и запретом всякой свободной мысли, которая таким путем объявляется ненаучной. На нем, в конечном счете, покоится всё здание большевистской духовной жизни. ФИКЦИОНАЛИЗАЦИЯ истории. «Краткий курс истории ВКП(б)», вместе с «Краткой биографией И. B.Сталина», с «энтузиазмом» прорабатываемый снова и снова чуть ли не всем населением Советского Союза, постепенно становится символом большевистской историографии. Фикция «подлинной истории» еще не выкристаллизовалась окончательно, но процесс ее становления, подмена исторических фактов мифами и фикциями‚ пока что плохо увязанными друг с другом и порой даже противоречивыми, зашел уже очень далеко. Методологическое требование Покровского: «история есть политика опрокинутая в прошлое» формально отвергнуто по причине его обнаженного цинизма, но практически стало руководящей идеей Советской историографии. Инстанцией, определяющей, что было и чего не было, что важно и что неважно в историческом процессе стал ЦК ВКП(б) и лично тов. Сталин.
Советская историография не простая фальсификация истории. Это - фикционализация истории. В лице руководства партии она присвоила себе право не только искажать и толковать исторические данные, но и отменять исторические факты, подменять действительные события целесообразными мифами и фикциями.
+ + + +
Почему при наличии морально-политического единства Советского народа государство нуждается в колоссальном аппарате государствен- ной Безопасности?
Почему в тюрьмах и Лагерях находятся миллионы граждан, причем этим не исчерпывается число репрессированных?
Почему существуют каторжные законы о труде и охране Колхозного имущества от колхозников?
- Почему пропаганда ведет неустанную борьбу по разоблачению летунов, лодырей, рвачей и прогульщиков?
Все эти вопросы задавать в Советском Союзе невозможно ибезполезно.
Фикция морально-политического единства определяет поведение массы населения СССР. B направлении нужном власти. Но это поведение - результат дрессуры, это террористически прививаемая населению система условных рефлексов. Это очень большая сила, в особенности опасная потому, что она не встречает прямого противодействия. Недооценивать ее, а тем более игнорировать, было бы большой ошибкой. Но сила эта мгновенно умирает, как только исчезает Советская власть. Во время немецкой оккупации от морально-политического единства Советского народа НЕ ОСТАЛОСЬ И СЛЕДА. Последние машины с Советским руководством отъезжали в тыл под иронические замечания и насмешки толпы. Этого мало. Сейчас же рождалась потребность в общении, в свободном обмене мыслей, в организации. Правда, это стремление не могло осуществиться в условиях гитлеровской оккупации....
Еще фикция: Самая демократическая в мире Конституция. Конституция эта, содержащая ряд демагогических элементов, совсем не демократична, хотя бы уже потому, что она устанавливает господство одной Партии и исключает всякую оппозицию. После этого все слова о свободах или независимом суде остаются только словами. Конституция не дает советскому человеку НИКАКИХ РЕАЛЬНЫХ ПРАВ. В ней содержится ряд ЗАВЕДОМО ЛОЖНЫХ утверждений, например, о неприкосновенности личности и жилища. В ней ни слова не говорится об огромной роли политической полиции, ФАКТИЧЕСКИ распоряжающейся ЖИЗНЬЮ И ИМУЩЕСТВОМ Советских граждан. Ни слова не говорится о принудительном труде репрессированных граждан, о способе вербовки рабочей силы посредством плановых репрессий.... Словом в СССР есть как бы две Конституции: «самая демократическая в мире» - абсолютно фиктивная и РЕАЛЬНАЯ, никогда не формулируемая, ПО КОТОРОЙ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЖИВЕТ СТРАНА. Фикция Конституции нужна отчасти для демагогического воздействия на массы НЕСОВЕЦКОГО МИРА. Там эта Конституция еще миф. В России она очень скоро стала чистейшей фикцией, являющейся условием невозможности для Советского гражданина требовать себе какие бы то ни было права. В этом основной смысл ее существования.
Счастливая и зажиточная жизнь. Эта фикция на первый взгляд представляется особенно нелепой. «Жить стало легче, жить стало веселей» - это Сталин провозгласил, когда Россия была усеяна неубран- ными трупами... В этой фикции отразилась с предельной наглядностью основная особенность сталинского типа мышления - способность, не теряя рассудка, объявлять черное белым, а белое черным. В формуле Сталина совершенно ясно (антихристово — прим.) желание подменить действительность фикцией. Счастливая и зажиточная жизнь в Советском Союзе не постулируется как идеал, а утверждается как факт. Хроническое недоедание, нищета,тяжелые бытовые условия, безправие, атмосфера террора, насилие над неистребимым инстинктом природы (инстинктом свободы и собственности), тяжкие душевные травмы, которыми поражено население - такова действительность. Этой действи- тельности противостоит фикция «счастливой и зажиточной жизни». От населения требуется определенное отношение к этой фикции. Не выражать против нее протеста СОВЕРШЕННО недостаточно. Надо ее активно исповедовать. Это делается в безчисленных коллективных благодарностях Сталину за счастливую жизнь. Это
делается на демонстрациях, на которых люди не должны ограничиваться прохождением мимо трибун, на которых стоят вожди, но должны песнями, плясками и сияющими лицами выражать лозунг: «Спасибо тов. Сталину за счастливую жизнь!» Фикции вовсе не только проявление, но и активная сила Режима АКТИВНОЙ НЕСВОБОДЫ. В частности, фикция счастливой и зажиточной жизни не только вдалбливается в мозги Советских обывателей гигантским Агитационным аппаратом, но и громогласно, хотя и поневоле, исповедуемая народом, служит достижению трех целей:
1. Она запрещает Советскому человеку жаловаться на тяготы своей жизни...
2. Она способствует развитию психологии роботов, существ, способных воспринимать свое положение как должное, мириться с ним и даже находить в нем некоторое удовлетворение...
3. ...исповедание фикции парализует у населения остатки воли к сопротивлению...
Люди, которые не смеют быть угрюмыми и молчаливыми, которые должны искажать лица гримасой радости, благодарить Советскую власть за счастье цвести под солнцем Сталинской Конституции, а для этого требуется немало душевной энергии, эти люди постепенно теряют всякую способность к искренней вере и с нею вместе всякую способность к сопротивлению...

Комментарии