Овчинниковъ о звѣрѣ С. С. С. Р.

 

"5 января происходит разгон большевиками Учредительного Собрания и расстрел мирной уличной манифестации петроградских рабочих. М.Горький писал, о тех событиях в газете «Новая жизнь»: «5-го января 1918г. безоружная петербургская демократия – рабочие, служащие – мирно манифестировали в честь Учредительного собрания – политического органа, который бы дал всей демократии русской свободно выразить свою волю. «Правда» лжет, когда пишет, что манифестация 5 января была организована буржуями, банкирами и т.д. и что к Таврическому дворцу шли именно «буржуи» и «калединцы». «Правда» лжет: она прекрасно знает, что «буржуям» нечего радоваться по поводу открытия Учредительного собрания, им нечего делать в среде 246 социалистов и 140 большевиков. «Правда знает, что в манифестации принимали участие рабочие Обуховского, Патронного и других заводов, что под Красным Знаменем к Таврическому дворцу шли рабочие Василеостровского, Выборгского и других районов. Я спрашиваю «народных» Комиссаров, среди которых должны быть порядочные и разумные люди: понимают ли они, что, надевая петлю на свои шеи, они неизбежно удавят всю русскую демократию, погубят все завоевания Революции? Или они думают так: или мы – власть, или – пускай всё и все погибнут?».

Питерские трудящиеся были потрясены расстрелом рабочих манифес- таций в день открытия Учредительного Собрания. После расправы с демонстрантами Петроградские заводы охватило чрезвычайное возбуждение. На 8-тысячном митинге Обуховский завод постановил отозвать из Советов своих депутатов-большевиков и избрать других, красногвардейцев-обуховцев вернуть к мирным занятиям. Аналогичные резолюции были вынесены на Семянниковском, Александровско-Паровозостроительном заводах, заводе Варгунина, Старый Леснер, Эриксон, Поля, Максвела, Николаевских ж-д мастерских и других предприятиях столицы.

Расстрелы Красной гвардией рабочих манифестаций 5-го, а также 9 января произошли и в Москве.

Январь-февраль ознаменовались волнениями в Белорецке, Нижнем Тагиле, Лысьеве, Шадринске.

С начала 1918 хроническими становятся стычки между красноармейца ми и частями рабочих из продовольственных отрядов. Один из таких эпизодов, когда солдаты «вступились за мешочников», разоружив при этом дружину по охране железной дороги, потребовал вмешательства лично Льва Троцкого.

После Брестского мира Красные Отряды во главе с наркомом Токоем бежали из Финляндии и вошли в состав сил оборонявших Мурманск от немцев и большевиков. Показательно, что на Северном фронте лучшими Белыми частями были «шенкурята» - составленные из крестьян-партизан Шенкурского уезда.

В этом же месяце уполномоченные 52 предприятий Петрограда выступили с заявлением адресованным IV съезду Советов, требуя отставки Совнаркома: «Рабочие оказали поддержку новой власти, объявившей себя правительством рабочих и крестьян, <…> но прошло уже четыре месяца, и мы видим наши надежды грубо растоптанными. <…> Под видом Социализма нам дали окончательное разрушение Промышленности, <…> царство взятничества и спекуляции. <…> Мы дошли до позора безсудных расстрелов, <…> совершаемых людьми, которые являются одновременно и доносчиками, и сыщиками, и провокаторами, и следователями, и обвинителями, и судьями, и палачами».

Все эти события подтолкнули новое правительство на решение о переезде в Москву. Переезд походил на бегство. 9 марта в строжайшей секретности на пригородную станцию «Цветочная», подали два Царских поезда. Ночью, под охраной броневиков, туда доставили «народных вождей». Но когда первый из поездов «литерный № 4001», где ехал аппарат ВЦИК, прибыл на станцию Малая Вишера, его попытался остановить эшелон с солдатами-дезертирами. Эшелон был мгновенно окружен бойцами автобоевого отряда Свердлова, от которого ведет свою родословную «дивизия имени Дзержинского». Под угрозой пулеметов солдат разоружили, заперли в вагонах и отогнали в тупик.

Наемники - вооруженные отряды Красной гвардии (члены Красной Гвардии получали от 12 до 16 рублей в день с сохранением заработка по месту работы, в то время как жалованье солдата, едва достигало 15 копеек), выполнившие свою историческую миссию, стали представлять угрозу новой власти и вскоре были распущены.

Опасения новой власти были не безосновательны. Вкусив прелести безнаказанности и вседозволенности, красногвардейцы разоружаться не захотели. Правительство, которое они привели к власти, применила к своим верным товарищам самые жесткие меры.

В 1918 году газета «Знамя труда» сообщила об аресте начальника штаба Красной гвардии И. Н. Корнилова.

В Пятигорске красногвардейский командир Нижевясов поднял мятеж. Располагая 4 тыс. штыками он арестовал Совдеп. В город вошли бронепоезда, и мятежники сложили оружие. Зачинщиков расстреляли по обвинению в… шпионаже.

В мае еще до известного антисоветского мятежа, в Ярославле по сообщению газеты «Знамя труда», на улицах города развернулись настоящие бои между пока не расформированными отрядами рабочей Красной гвардией и частями Красной армии.

Столкновения между Красной гвардией и властью произошли и в Нижнем Новгороде. Когда местные советские органы попытались изъять у рабочих оружие, на требование выдать винтовки и боеприпасы рабочие заявили: «Их мы отдадим такой власти, которая даст порядок, а вы даете свинец».

Сходные конфликты с участием Красной гвардии происходили в Нижнем Тагиле и других городах Урала. В Ижевске, например, Красная гвардия, которая насчитывала 300 бойцов, в апреле оказала сопротивление попыткам большевистского Совета разогнать ее. Вот что пишет по этому поводу историк М. Бернштам: «Максималистская Красная гвардия сцепилась за власть с Советом, арестовала и расстреляла ряд его членов. Совет решил взять вооруженные силы города в свои руки... С этой целью был создан Революционный военно-полевой штаб. Начались военные действия между бывшими союзниками, шел обстрел улиц, стороны брали друг у друга заложников. В конце концов ижевские большевики вызвали на помощь отряд матросов из Казани. Бой шел с обстрелом штабом артиллерией. Усиленные матросами, большевики разбили Красную гвардию и отправили уцелевших ее членов под конвоем в Казанскую тюрьму». Большевики возложили ответственность за многочисленные «обыски, аресты, грабежи и расстрелы» на городскую Красную гвардию, которую сами же и создали, и коей платили зарплату.

В марте, т.е. всего на третий месяц образования Советской власти в Башкирии, в деревне Бураево Бирского уезда вспыхнул мятеж. Мятежи прошли в Леузинской и Месягутовской волостях Златоустовского уезда. Охваченные восстанием деревни насчитывали около 20 тысяч человек. Вот что о нем писала Советская пресса: «На первый взгляд бураевский мятеж был безобидным, так как не принял широкого размаха, как это случилось позднее, в июне 1918 года». Т.е. мятеж с участием 20 тысяч человек, по тем временам был незначительным событием.

В апреле на Кубани восстали 11 станиц Ейского отдела. Начали организовываться партизанские отряды камышанников. Практически безоружные, одна винтовка на десятерых. Остальные привязывали к палкам кинжалы, делали копья из вил, взяли в руки топоры. На восстав- ших двинулись бронепоезда и каратели с пушками и пулеметами. В Ставрополе большевики были вынуждены окружить помещение мартовско-апрельского съезда советов артиллерией, чтобы добиться от съезда согласия на формирование красной армии. В некоторых селах, как, например, в Воронцово-Александровском, происходили настоящие сражения между крестьянскими Совдепами и коммунистическими ячейками.

В марте - мае Советы Саратовской, Самарской, Симбирской, Астраханс- кой, Вятской, Казанской, Тамбовской и др. губерний, где подавляющее большинство делегатов представляло интересы крестьянства, приняли постановления об отмене твердых цен на хлеб и разрешении свободной торговли. Это был бунт против экономической политики большевиков.

9 мая произошли известные Колпинские события. В связи с перебоями с продовольствием, большая группа домохозяек собрались к 11 часам на городской площади, появившиеся отряды красногвардейцев пытались разогнать разъяренных женщин. В этот момент группа женщин направи- лась к пожарному депо, для того, что бы подать сигнал всеобщей трево- ги. Красногвардейцы, врезавшись в толпу, стали ударами прикладов разгонять ее. Не успокоившись, власти применили оружие. Среди рабочих появились жертвы. Колпинские события эхом отозвались по всей стране. На заводе Речкина рабочий митинг постановил: «Правите- льство, расстрелявшее рабочих, носит имя рабочего правительства. Мы призываем всех рабочих потребовать от большевистской власти снять с себя наше имя, которым оно прикрывается». На могилу погибших в Колпинских событиях, был положен венок с надписью – «Жертвам голодных – погибшим от сытой власти».

В этот же день 9 мая произошло восстание на Березовском заводе в 17 верстах от Екатеринбурга. Восставшие разогнали местный совет.

Из письма Горького: «Мы плохо знаем, как живет современная деревня, лишь изредка и случайно доносятся из глубины России голоса ее живых людей - вот почему я нахожу нужным опубликовать нижеприводимое письмо, полученное мною на днях.

"Глубокоуважаемый друг и товарищ!" Затем следует несколько строк дружеских излияний, а суть письма - такова:
"Нового у нас в селе за последнее время очень много, в особенности за прошлую неделю. 3 и 4 апреля пришлось пережить нам всем, Басьцам, весьма тяжелое время в нашей жизни, а именно: 3 апреля к нам, в село Баську, приезжали красногвардейцы, около трехсот человек, которые ограбили всех состоятельных домохозяев, то есть взяли контрибуцию, с кого тысячу, с кого две и до шести тысяч рублей; всего с нашего села собрали 85 350 руб., которые и увезли с собой; а сколько, кроме того, ограбили разного добра у наших граждан, хлебом, мукою, одеждой и проч., то тем и подсчета вести нет возможности, а у Сергея Тимофеевича взяли жеребца, но только не пришлось им воспользоваться, только доехали до села Толстовки, он и пал, около церкви. А сколько пороли нагайками людей, трудно и описать, и так сильно пороли, что от одного воспоминания волосы дыбом становятся, это прямо ужасно! Эти два дня провели наши Басьцы в таком страхе, что всех ужасов описать не хватит сил. Всем казалось, что легче пережить муки ада, нежели истязания этих разбойников.

Больше особых новостей в нашем селе нет, а в Барановке, Болдасьеве и Славкине после отъезда красной гвардии по примеру этих разбойников сами, беднейший класс, начали грабить состоятельных граждан своего села, даже делают набеги на другие села в ночное время. Словом, здесь жизнь становится невыносимой. Затем до свиданья, ждем вас в гости, а пока - будьте здоровы"».

М. Горький
18 мая 1918-го года

Прим.: О томъ что Совѣтская власть считала крестьянъ людьми низшаго сорта, говоритъ и тотъ фактъ, что паспорта ​нѣкоторыя​ категоріи жителей ​села​ получили только въ 1959 году, а сельскимъ старикамъ стали выдавать пенсію только съ 1964 года, и въ два-три раза меньше городской. Лишь въ 1965 году крестьянамъ вновь дали возможность имѣть ​пріусадебные​ участки и держать скотъ, отмѣнили трудодни. 

Комментарии