ЕЩЁ РАЗ О ГУБИТЕЛЯХ РОССИЙСКИХ кн. Н.Д. ЖЕВАХОВ товарищ Обер - Прокурора СВЯТЕЙШЕГО СИНОДА


ПАСТЫРИ И ПАСТВА
Мы знаем, что Иерархи ПРЦ были склонны объяснять всякого рода нестроения в Церковной жизни то внешними причинами, разумея под ними Синодальную систему, то внутренними, связывая их со свойствами самой паствы, оторванной от Церкви, безверной и безрелигиозной. Но это неверно. Формы всегда неодушевлены, жизненно только содержание. И никакая форма не способна убить духа, если он есть. И те, кто имел его, те не только являли его, но и одухотворяли других.

Синодальная система, как я уже неоднократно указывал, явила целый сонм подвижников, причтенных к лику святых Православной Церкви, целый ряд выдающихся церковных деятелей, из коих ни один не жаловался на тот гнет и оковы рабства, о которых стали говорить в России лишь с момента общего революционного брожения, заразившего и некоторых иерархов, вторивших общим крикам о «свободе».

Нет, нестроения в церковной ограде нужно искать совершенно в другом месте, и я частично уже отметил их, когда говорил о взаимоотношениях между официальной (высшим духовенством) и неофициальной Церковью, между Епископами и монахами, между образованным классом (академическим) и духовенством (практическим).

Авторитет духовенства в России действительно был невысок, но вызывалось это явление не безверием и безрелигиозностью русского народа, а как раз наоборот, его повышенными религиозными требованиями, не находившими удовлетворения со стороны русского духовенства в массе.
«Богоискательство» – чисто русское явление, рожденное именно на этой почве религиозной неудовлетворенности и одиночества духовного.

Авторитет духовенства и не мог быть высоким при той кастовой организации, какая если не исключала, то во всяком случае сильно затрудняла доступ в его среду представителей других сословий. Причины этого последнего явления сложны, и я не буду их касаться, однако тот факт, что состав русского духовенства был ограничен рамками кастовой к нему принадлежности, а между «духовными» и светскими учебными заведениями стояла непроходимая стена, чрезвычайно резко отражался на его общем уровне. Можно сказать больше того. За последние 25-30 лет перед Революцией служение Церкви в России сделалось как бы привилегией для детей церковных причетчиков, зажиточных крестьян и мещан, потому что даже дети бедного духовенства, в особенности городского, получали обыкновенно образование в светских учебных заведениях и не шли по стопам отцов, а устраивали свою будущность на разных поприщах государственной и общественной деятельности.

В связи с этим и епископат пополнялся преимущественно представителями мало тронутого культурой русского простонародья. Такие иерархи, не соприкасавшиеся вовсе с интеллигенцией и не знавшие ее вплоть до Епископской хиротонии, открывавшей им доступ в чуждую для них среду, относились к последней не только отрицательно, но часто даже враждебно. Воспитанные на началах оппозиции «дворянству», как к таковому, в специфической обстановке домашнего очага, а затем в условиях семинарского быта, русские Иерархи в большинстве случаев не только не умели сблизиться с паствой, но и не желали этого и не собирались входить в более тесное общение со средой, чуждой им и по рождению и по воспитанию...

Из смиренных и простых крестьянских и псаломщицких детей, зачастую с добрыми навыками и наклонностями, они чрезвычайно быстро превращались в гордых и надменных Владык, воспринимали почести и славу, пресыщались честолюбием и ограничивали свою задачу служения народу лишь совершением торжественных богослужений или подписыванием консисторских бумаг. Но духовная жизнь паствы, общие церковно-государственные задачи протекали не только вне поля их зрения, но и вне поля их разумения. Это были духовные Сановники, неудачно копирующие Губернаторов и Генерал-губернаторов, бравшие от своей паствы все и взамен ничего ей не дававшие.

При таких условиях верующие люди по необходимости должны были искать удовлетворения своих духовных запросов в других местах, и неудивительно, если наталкивались на тех, кто эксплуатировал их веру.
О темноте русского народа и его религиозном невежестве, о гордости и надменности русской интеллигенции и особенно ее аристократии писалось и говорилось так много, что потребовались бы томы для того, чтобы опровергнуть ту ложь, которая скрывалась за этими писаниями и разговорами. И однако в области своей религиозной жизни ни один народ в мире не проявлял столько смирения, столько пламенной веры, столько уважения к достойным представителям Духовенства, как русский народ.

Значительно выше был общий духовный уровень низшего духовенства и особенно подвижников монастырских и сельских священников, между которыми встречались выдающиеся представители, фактические держатели веры русского народа и его подлинные воспитатели. Эти последние, разумеется, не только никогда не жаловались на какие-то «системы» Церковного управления, но даже не замечали своего Архиерея или игумена монастыря, ибо их начальниками были не Синод и Епископ, не Обер-прокурор или Секретарь консистории, а их вера, благодать, страх Божий, сознание нравственного долга, подвиг...

При отсутствии регламентации Церковной жизни в России и неорганизованности приходской жизни, эти подвижники были единственными, к коим тянулись русские люди, начиная от Царя и кончая простолюдином. Официальная же Церковь (высшее деховенство) стояла в стороне, и духовная жизнь русского народа протекала помимо ее, чего бы никогда не случилось, если бы ее представители были похожи на этих подвижников и являлись бы в глазах народа подлинными пастырями Церкви. И чем больше тянулись (властолюбиво) Иерархи к власти, чем больше погружались в сферу государственных дел, своеобразно ими понимаемых, чем более резкую грань проводили между церковными и государственными делами, тем дальше уходили от своей паствы, тем меньше были ей нужны.

Вот где источник нестроений в области церковной жизни России.









------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------


Всё в этом земном мире происходит по причинам духовного характера. Насколько народ свят, благочестив, праведен и творит заповеди Господни, настолько он благословен или отвергнут. И духовная жизнь народа Божия во многом зависит от дух. состояния его Пастырей и Предстоятелей. Ежели они слепы, то рано или поздно все падают в бездну - все дела народа приходят в полную негодность. Слова Спасителя о ветхозаветных пастырях были таковы: "оставьте их: они – слепые вожди слепых; а если слепой ведет слепого, то оба упадут в яму". Спустя 30 лет после сказанного - Израиль перестал существовать, а остаток оказался в рассеянии, Иерусалим был разрушен до основания, часть его жителей была убита или съедена во время осады, а остатки проданы в египетское рабство по самой бросовой цене.

Комментарии