Д. Зыкинъ — "Ожидовленная Британія противъ Царской Россіи" Часть II



"Совѣтская исторіографія любила выставлять ​имп​. Николая I не только глуповатымъ, но и самодуромъ, который ни съ кѣмъ не консультировался, рѣшенія принималъ единолично, а поскольку «царь — дуракъ», то и результаты ​соотвѣтствующіе​. На самомъ дѣлѣ Государь постоянно собиралъ совѣтъ изъ первыхъ лицъ, и ​основныя​ направленія политики Россіи опредѣлялись по итогамъ серьезныхъ дискуссій. На совѣщаніяхъ царя и критиковали, и перечили ему даже послѣ того, какъ онъ объявлялъ о своемъ окончательномъ рѣшеніи.


Когда война стала неминуемой, императоръ вызвалъ въ Петербургъ ​фельдм​. Паскевича, гдѣ вмѣстѣ съ министромъ обороны Василіемъ Андреевичемъ ​Долгоруковымъ​ ​они​ обсуждали ​дальнѣйшія​ дѣйствія. Взвѣсивъ ​всѣ​ обстоятельства, постановили, что генъ. Михаилъ Дмитріевичъ ​Горчаковъ​ форсируетъ Дунай, но не пойдетъ вглубь ​Балканъ​. Рядъ укрѣпленій съ Кавказской линіи эвакуировался, поскольку ихъ невозможно удержать въ случаѣ скоординированной атаки союзниковъ по антироссійской коалиціи и черкесовъ. Значительную часть Русской Арміи оставили въ царствѣ Польскомъ, чтобы отбить возможный ударъ съ западнаго направленія. Общее военное руководство долженъ осуществлять Паскевичъ.


​Большія​ надежды возлагались на созданіе славянскаго Ополченія. Въ Петербургѣ разсчитывали, что ​угнетаемые​ Турціей народы окажутъ серьезную поддержку Русской Арміи. Однако неожиданно выяснилось, что ​балканцы​ отказываются бороться противъ общаго врага. Удалось собрать лишь небольшое число добровольцевъ, ​которые​ спустя короткое время начали дезертировать. Приходилось учитывать и то, что не только Австрія, но и Пруссія отказалась подписать съ Россіей договоръ о нейтралитетѣ. А успѣшно воевать на Балканахъ, имѣя въ тылу австрійскую армію, было невозможно.


Паскевичъ быстро понялъ, что Россіи придется воевать сразу на нѣсколькихъ фронтахъ противъ ряда мощнѣйшихъ странъ ​міра​. Поэтому командующій дѣлалъ ставку на долгую, изматывающую войну, которую можно свести вничью. Но побѣдить всю Европу Россіи врядъ ли подъ силу, о ​чёмъ​ фельдмаршалъ прямо доложилъ ​имп​. Николаю I.


Разсредоточеніе Русской Арміи становилось ​неизбѣжнымъ​, и предугадать главное направленіе удара союзниковъ противъ Россіи было практически невозможнымъ. Ситуація складывалась даже хуже, ​чѣмъ​ въ 1812 году. Да, Наполеонъ тогда пошелъ на Россію, собравъ подъ свои знамена почти всю Европу, но тогда Лондонъ былъ союзникомъ Петербурга. Франція въ то время не располагала столь сильнымъ флотомъ, чтобы высаживать десанты на Балтикѣ и Черномъ ​море​. Къ тому же ​стратегическія​ намѣренія Наполеона были извѣстны нашимъ генераламъ. А въ 1854 году неопредѣленная позиція Пруссіи и Австріи путала ​всѣ​ расчеты.


Старый, но не утратившій остроты ума и энергіи, Паскевичъ составилъ двадцать одинъ сценарій вѣроятнаго развитія войны. Цѣлый рядъ русскихъ военачальниковъ считали, что противникъ врядъ ли выберетъ Крымъ основнымъ театромъ военныхъ дѣйствій, ограничившись сравнительно небольшимъ десантомъ. Лишь одинъ ​Меншиковъ​ смогъ разгадать намѣренія Англіи и Франціи. Самъ Паскевичъ полагалъ, что ждать удара надо подъ Аккерманомъ (нынѣ Бѣлгородъ-Днѣстровскій Одесской области). Впрочемъ, это недалеко отъ Крыма, а значитъ, Паскевичъ болѣе-менѣе правильно оцѣнивалъ стратегическое планированіе врага. Кромѣ того, въ Одессѣ находился годовой запасъ продовольствія на 200-тысячную армію, и Паскевичъ считалъ, что противникъ постарается уничтожить наши склады.


На первомъ этапѣ войны противъ Россіи воевала только Османская имперія. Въ ночь на 28 октября 1853 года османскій отрядъ числомъ до пяти тысячъ человѣкъ атаковалъ русскую заставу въ Грузіи — постъ ​Святаго​ Николая, гдѣ находились двѣ роты неполнаго комплекта, всего 255 человѣкъ, плюсъ еще нѣсколько человѣкъ милиціи и казаковъ съ двумя орудіями. Ясное дѣло, что удержать заставу при такомъ соотношеніи силъ невозможно. Вообще, Турція собрала на Кавказскомъ фронтѣ очень крупную армію. Россія смогла противопоставить здѣсь куда ​меньшія​ силы. Но, это были ​закаленные​ въ битвахъ съ ​Шамилемъ​ солдаты. Ими командовали наши ​старые​ ​знакомые​ — ​Воронцовъ​, Фрейтага и другіе ​смѣлые​ военачальники, ​нѣкоторые​ изъ которыхъ всю жизнь провели на Кавказѣ, начавъ службу еще при ​Ермоловѣ​. Какъ ни старались османы отбросить Русскую Армію, а ничего не получалось...


Осенью 1853 года генералъ-лейтенантъ Али-​паша​ съ отрядомъ въ восемнадцать тысячъ человѣкъ подступилъ къ Ахалцыху, городу въ Грузіи. Крѣпость защищали восемь пушекъ, пять батальоновъ, четыре казачьи сотни, нѣсколько сотъ человѣкъ милиціи и три ​линейныя​ роты. Руководилъ обороной старый ермоловецъ, генералъ Петръ Петровичъ ​Ковалевскій​.


13 ноября турки установили артиллерію на ​горѣ​ рядомъ съ Ахалцыхомъ и обстрѣливали русскихъ. ​Тѣмъ​ не менѣе, несмотря на столь выгодную позицію и численный перевѣсъ, на штурмъ Али-​паша​ не рѣшался. Османы только теряли время, зато ​русскія​ подтягивали подкрѣпленія. Такъ, напримѣръ, изъ крѣпости ​Ацхуръ​ пришелъ полкъ Бѣлостокскаго батальона. Князь Иванъ Малхазовичъ ​Андронниковъ​, старый «ермоловецъ», привелъ изъ Боржома полтора батальона Брестскаго полка. Когда у насъ стало семь тысячъ человѣкъ, командованіе рѣшило, что пришло время атаковать восемнадцатитысячную армію Али-​паши​.


26 ноября ​русскіе​ вышли изъ крѣпости двумя колоннами. Первой командовалъ ​Ковалевскій​, второй — генералъ Андрей Осиповичъ ​Бруннеръ​. Ихъ цѣлью былъ аулъ ​Суплисъ​, крайній пунктъ позиціи непріятеля за рѣкой ​Посховъ​-чай. Отрядъ Ковалевского завязалъ бой, а ​Бруннеръ​ ​повелъ​ солдатъ въ обходъ.


Во время наступленія генералъ ​Фрейтагъ​ лично велъ солдатъ въ атаку, идя впереди всѣхъ. На него обрушились картечь и пули, генерала контузило и ранило въ руку. Врачи оказали первую помощь (ампутировали палецъ), и ​Фрейтагъ​ снова вернулся въ бой. Турки отступали, но бѣшено отстрѣливались и даже пытались контратаковать. Наиболѣе яростно врагъ сопротивлялся въ самомъ аулѣ, но, когда подоспѣли колонна ​Бруннера​ и другіе подкрѣпленія, войска Али-​паши​ наконецъ побѣжали. Наша побѣда была полной, и отличившіеся въ бояхъ получили награды отъ императора Николая I.


Въ ​эти​ дни пришло радостное извѣстіе: вице-адмиралъ Павелъ Степановича ​Нахимовъ​ разгромилъ турецкую эскадру при ​Синопѣ. Еще въ маѣ 1853 года ​Меншиковъ​ приказалъ ​Нахимову​ выйти въ ​морѣ​ для крейсерства. Нашъ флотъ ходилъ къ Босфору и Анатоліи, занимался высадкой подкрѣпленій ​Воронцову​ на Кавказскомъ берегу, но нигдѣ не встрѣчалъ крупныхъ силъ непріятеля. ​Поздней​ осенью ​Меншиковъ​ предложилъ Владиміру Алексѣевичу ​Корнилову​ провести рекогносцировку у ​Балканъ​, куда адмиралъ и направился съ эскадрой изъ трехъ пароходовъ.


Расхожее представленіе о томъ, что у Россіи ​якобы​ отсутствовали ​военные​ пароходы, столь же ​нелѣпо​, сколь широко растиражировано. На самомъ дѣлѣ уже въ 1825 году Черноморскій флотъ получилъ первый пароходъ «Метеоръ». Его машины были сдѣланы на русскомъ заводѣ, а самъ корабль спроектировалъ Илья Степановичъ ​Разумовъ​. Въ дальнѣйшемъ число пароходовъ въ нашемъ флотѣ быстро увеличивалось, а ​паровые​ ​военные​ корабли производились на верфяхъ сразу нѣсколькихъ портовыхъ городовъ Россіи.


Такъ вотъ, дойдя до Босфора, ​адм​. ​Корниловъ​ замѣтилъ противника. Къ тому времени онъ уже отослалъ два корабля въ Одессу и Севастополь, а ему противостояла турецкая эскадра изъ 5 фрегатовъ, 1 корвета и 1 парохода. Нашъ адмиралъ вернулся въ Севастополь, поднялъ флагъ на кораблѣ «Великій Князь Константинъ» и вышелъ въ ​морѣ​ для уничтоженія турецкой эскадры. ​Корниловъ​ взялъ съ собой эскадру контръ-адмирала Новосильского, усиленную бригомъ «​Эней​» и двумя пароходами («Владиміръ», «Одесса»). Нѣсколько дней ​Корниловъ​ искалъ противника, но его нигдѣ не было видно, и вотъ, наконецъ, на горизонтѣ показался дымъ отъ парохода.


​Корниловъ​ на пароходѣ «Владиміръ» нагналъ корабль османовъ «​Первазъ​-​Бахри​», и послѣ трехъ часовъ боя турки сдались. Захваченный пароходъ отбуксировали въ Севастополь. ​Нахимовъ​, узнавъ отъ плѣнныхъ, что у ​Синопа​ находится вражеская эскадра, самъ отправился къ берегамъ Турціи. По пути случился штормъ, и два русскихъ корабля получили поврежденія. ​Нахимовъ​ приказалъ имъ идти въ Севастополь на ремонтъ. У ​Синопа​ дѣйствительно стояла вражеская эскадра, и нашъ адмиралъ заблокировалъ ей выходъ и ждалъ, когда вернутся наши корабли, ​отправленные​ въ Севастополь ремонтироваться. Вскорѣ къ ​Нахимову​ прибыла цѣлая эскадра вице- адмирала Новосильского. Это ​Меншиковъ​ рѣшилъ прислать значительное подкрѣпленіе, на которое ​адм​. ​Нахимовъ​ даже и не разсчитывалъ. Теперь у русскихъ появилась возможность атаковать непріятеля, и 30 ноября 1853 года на флагманѣ «Императрица Марія» поднялся сигналъ: «Приготовиться къ бою». Турки яростно стрѣляли, но наши хладнокровно приближались, выстраиваясь на позиціяхъ, ​которыя​ ​Нахимовъ​ ранѣе указалъ капитанамъ.


Точный огонь русской артиллеріи производилъ всесокрушающее дѣйствіе, а тутъ еще подоспѣлъ ​Корниловъ​ на пароходѣ-фрегатѣ «Одесса», за нимъ шли еще — «Крымъ» и «​Херсонесъ​». Навалившись общими силами, ​русскіе​ довершили разгромъ турецкой эскадры и благополучно вернулись въ Севастополь. За столь славную побѣду ​Нахимовъ​ получилъ орденъ ​Святаго​ Георгія 2-го класса.


Война складывалась для Россіи благополучно. Побѣды на ​сушѣ​ при Ахалцыхе и на ​морѣ​ у ​Синопа​ ясно показали, что безъ помощи Англіи и Франціи Турція обречена на быстрое пораженіе. Какъ и слѣдовало ожидать, англо-французскій флотъ поспѣшилъ въ Черное ​морѣ​.


А на Кавказѣ, узнавъ о побѣдѣ при Ахалцыхе, другіе наши части рѣшили доказать, что ничуть не хуже своихъ товарищей, и рвались въ бой. Зимой 1853 года ​Александро​-польскій отрядъ добился ошеломляющаго успѣха при Башъ- Кадыкляре. Николай I потребовалъ отъ ​Воронцова​ продолжить наступленіе, однако ​сложныя​ ​погодныя​ условія и нехватка людей не позволили реализовать смѣлый планъ Царя. ​Воронцовъ​ указывалъ на объективную невозможность наступленія, Паскевичъ его поддержалъ, и кампанію рѣшили открыть весной 1854 года.


То же самое относилось и къ балканскому фронту. ​Активныя​ ​боевыя​ дѣйствія тамъ начались въ ​Мартѣ​ 1854 года, когда наши успѣшно переправились черезъ Дунай сразу въ трехъ пунктахъ. Турки пытались сопротивляться, но ничего не могли подѣлать съ русскими. Пали города ​Гирсовъ​ и Баба- ​дагъ​, открывался пусть на Силистрію— важную крѣпость въ Болгаріи. Пока что ​всё​ шло для насъ какъ по маслу, и Царь Николай I очень щедро наградилъ всѣхъ отличившихся и въ первую очередь командующаго, то ​есть​ ​Горчакова​.


Весной 1854 года, ожидалось прибытіе французскаго флота. Царь требовалъ рѣшительныхъ шаговъ отъ нашихъ военачальниковъ, но тутъ и въ Черномъ ​морѣ​ появились ​англійскія​ и ​французскія​ эскадры. 20 апрѣля 1854 года девятнадцать линейныхъ кораблей и девять ​пароходо​-фрегатовъ приблизились къ Одессѣ.


Обстрѣломъ и послѣдующимъ десантомъ противникъ намѣревался принудить защитниковъ города къ сдачѣ. 22 апрѣля восемь фрегатовъ, въ совокупности вооруженныхъ 350 пушками, начали обстрѣливать нашу батарею № 6. У русскаго командира — прапорщика ​Щеголева​ было четыре орудія и двадцать восемь человѣкъ. Шесть часовъ шелъ непрерывный бой, двѣ ​русскія​ пушки вышли изъ строя, но ​Щеголевъ​ не сдавался. Наши солдаты раскалили на огнѣ ядро и выстрѣлили имъ по вражескому кораблю «​Вобанъ​». «​Вобанъ​» загорѣлся и вышелъ изъ боя. Англичане попытались высадить пѣхоту, но тутъ заговорила резервная батарея № 14, и непріятель, понеся потери, поспѣшилъ убраться.


Съ русской стороны въ сраженіи участвовали не только ​военные​, но и сугубо ​штатскіе​ лицеисты. Учащіеся Скоробогатовъ и ​Деминистръ​ подъ обстрѣломъ доставляли командующему одесскимъ гарнизономъ сообщенія отъ ​Щеголева​. Настоящимъ героемъ показалъ себя студентъ Пуль. Увидѣвъ, что крестьянинъ, везшій боеприпасы, испугался и сбѣжалъ, Пуль прыгнулъ въ повозку и подъ шквальнымъ огнемъ доставилъ заряды на батарею.


Небольшой отрядъ ​Щеголева​ сопротивлялся до тѣхъ поръ, пока рядомъ не вспыхнулъ пожаръ, грозившій взорвать ​зарядные​ ящики. ​Щеголевъ​ приказалъ уходить, и едва наши солдаты отошли, какъ раздался взрывъ. Никто изъ русскихъ не пострадалъ. Батарея № бъ замолчала, но это не принесло англичанамъ и французамъ долгожданной побѣды. ​Всѣ​ ​остальныя​ ​одесскія​ батареи сохранили боеспособность, а у врага уже четыре фрегата были сильно повреждены. Понимая полную безперспективность дальнѣйшей канонады, союзный флотъ ретировался въ Варну.


Николай I по итогамъ сраженія произвелъ ​Щеголева​ въ штабсъ-капитаны. Кромѣ того, отважный командиръ получилъ орденъ ​Святаго​ Георгія 4-й степени. Студенты Скоробогатовъ, Пуль и ​Деминистръ​ были приняты на службу подпрапорщиками и награждены знаками отличія Военнаго ордена.


А что же наша Дунайская армія? Предсказанія Паскевича относительно войны на нѣсколькихъ фронтахъ начали сбываться, и онъ, какъ въ свое время ​Кутузовъ​, стремился измотать противника. Фельдмаршалъ дѣйствовалъ «медленно», и его, опять же, какъ и ​Кутузова​, критиковали за «нерѣшительность». Паскевичъ никогда не забывалъ, что ​чѣмъ​ дальше Россія оторвется отъ своихъ базъ снабженія, ​тѣмъ​ проще будетъ Австріи перерѣзать коммуникаціи. Дунайская армія окажется зажатой между турецкими и австрійскими войсками, оставшись безъ подвоза продовольствія и боеприпасовъ. Всё таки, получивъ свѣдѣнія о томъ, что Австріи требуется цѣлыхъ 5—6 недѣль на мобилизацію, Паскевичъ началъ движеніе въ сторону Силистріи.


Въ маѣ наша артиллерія начала обстрѣлъ Силистрійской крѣпости. Отмѣтимъ, что въ осадѣ принимали участіе и такъ ​называемые​ «​штуцерные​», то ​есть​ стрѣлки съ нарѣзными ружьями. Мѣткій огонь русскихъ ​штуцерныхъ​ наносилъ серьезный уронъ туркамъ.


Между прочимъ, одинъ изъ центральныхъ антироссійскихъ миѳовъ Крымской войны связанъ съ «отсутствіемъ» у Россіи нарѣзного оружія. Изъ чего вытекало и второе обвиненіе: молъ, «косный» Царь не понималъ значенія новыхъ технологій, а страна была отсталой. Къ разбору и опроверженію этой пропагандистской выдумки мы еще вернемся, а сейчасъ возвратимся къ событіямъ вокругъ Силистріи.


Турки сосредоточили въ крѣпости значительный гарнизонъ и артиллерію. Укрѣпленія также были внушительны, причемъ инженерными работами руководилъ итальянскій спеціалистъ ​Гавоне​. ​Русскіе​ встрѣтили ожесточенное сопротивленіе, и штурмъ, предпринятый въ концѣ мая 1854 года, несмотря на ​первоначальные​ успѣхи, окончился неудачей. Бѣда не приходитъ одна: когда Паскевичъ отправился лично осмотрѣть ​турецкія​ укрѣпленія, его контузило ядромъ. Старый фельдмаршалъ слегъ.


«Любезный Отецъ-командиръ!— писалъ Паскевичу Царь. — Сдавъ Армію ​Горчакову​, молю тебя не оставаться въ Яссахъ, а поѣзжай въ наши границы лѣчиться, гдѣ тебѣ удобнѣе, въ Кіевѣ или въ Гомелѣ».


Паскевичъ покинулъ армію. Командовать подъ Силистріей остался ​Горчаковъ​, который сразу же столкнулся съ необходимостью отражать ​опасныя​ вылазки турокъ. Осада затягивалась. ​Тѣмъ​ временемъ австрійцы сосредоточили свои войска не только въ ​Трансильваніи​ къ сѣверу отъ нашей Дунайской арміи, но и въ ​Галиціи​ и ​Буковинѣ, то ​есть​ на границахъ съ Россіей.


Къ счастью, Паскевичъ оправился отъ контузіи и включился въ работу. Его замѣтно тревожили не​двусмысленныя​ приготовленія австрійцевъ. Лучшую часть нашей Арміи — Гвардію — пришлось отправлять въ царство Польское. На Балтикѣ къ англичанамъ присоединились ​французскіе​ корабли, вмѣстѣ ​они​ подошли къ Кронштадту. На южномъ театрѣ неподалеку отъ Стамбула наращивалась англо-французская сухопутная группировка. Уже въ маѣ 1854 года она достигла 36 тысячъ человѣкъ, и подкрѣпленія всё прибывали.


А тутъ еще и Пруссія заключила съ Австріей военное соглашеніе, въ которомъ оговаривалась возможность совмѣстной войны противъ Россіи. Оцѣнивъ общее стратегическое положеніе, Паскевичъ убѣдилъ ​имп​. Николая I въ необходимости оставить Молдавію и ​Валахію​.


Отходъ производился организованно, въ полномъ порядкѣ, безъ паники. Спокойно эвакуировали раненыхъ, забрали всю артиллерію, и только въ концѣ августа турки смогли войти въ покинутый русскими Бухарестъ. Почти сразу же въ ​османскіе​ предѣлы вошла австрійская армія, которая и заняла ​Дунайскія​ княжества. ​Вѣна​, формально не объявлявшая войны Петербургу, дѣйствовала какъ явный врагъ. Ради сдерживанія Австріи пришлось оставить ​значительныя​ силы, ​которыя​ очень бы пригодились намъ въ Севастополѣ. У русскаго командованія уже не было сомнѣній, что въ Крымъ послѣдуетъ десантъ трехъ Имперій (Турція, Англія и Франція). И дѣйствительно, въ сентябрѣ 1854 года противникъ высадился въ Крыму.


Прим.: Середина 19 ​вѣка​ - пикъ Отступленія бывшихъ христіанскихъ державъ отъ Христа и волненія по всей Европѣ. Іудеи мутили руками Англіи, Франціи, Польши, Австріи, Турціи...Въ Италіи и славянскихъ странахъ шли возстанія. На Россію обрушилась очередная буря. 

Комментарии