ПРИЗНАКИ ИСТИННЫХ ПАСТЫРЕЙ БОЖИИХ архиеп. АВЕРКИЙ Таушев



«Вы есте соль земли: Вы есте свет мiра:» (Матфея 5: 13–14).

Обращаясь к Своим ученикам, а в их лице и ко всем их преемникам – пастырям, Христос-Спаситель говорит: «Вы есте соль земли: Вы есте свет мiра» (Матф. 5: 13–14). В этих образных выражениях необыкновенно сильно передается вся сущность, все величие и вся необходимость для грешного человечества такого спасительного установления, как пастырское служение. Он указывают также и на тот характер внутреннего облика души, который должен, при благодатной помощи Божией, возгревать в себе каждый желающий быть истинным пастырем.
Истинный пастырь должен быть «солью земли».
Что это значит?

Соль имеет силу сообщать свое свойство – солёность – тем веществам, к которым она примешивается. Так и пастыри не должны таить в глубине своей души свою веру, свою христианскую настроенность, заботясь только о своем личном спасении, но должны безбоязненно, открыто и ревностно исповедывать свою веру (истину), до самозабвения самоотверженно стараясь о насаждении Учения Христова, об утверждении истинной веры и нравственности христианской в окружающих людях. Своею верою и благочестием они должны служить примером для пасомых – делать их тем, чем они сами стали, как соль делает солеными все те другие вещества, с которыми приходить в тесное соприкосновение.

Для просоления какого-нибудь вещества, как напр., воды, достаточно бывает самого малого количества соли. Так и истинный пастырь, если он – "соль не обуявшая", способен осолить силою своей веры и благочестия огромное множество пасомых, производя благодатный духовный переворот в их умах и сердцах...

Соль не изменяет ни сущности, ни внешнего вида веществ, в которых растворяется, а только дает им свой особый соленый вкус. Так и пастыри должны видеть идеал своей деятельности не в каких-либо внешних реформах, не в ломке гражданских порядков, общественного и семейного быта, а – в изменении нравов людей, в очищении и облагорожении человеческих душ, в придании ему особого вкуса – возвышенного Евангельского духа и характера.

Соль имеет силу предохранять вещества, к которым она примешивается, от гниения и порчи. Точно также и пастыри словом своим, солью духовной мудрости растворенным, и примером своей жизни, освященной благодатию (светом, энергией), должны предохранять своих пасомых от духовного растления, то есть от всякого рода пороков, страстей и заблуждений, должны противодействовать распространению между ними растленных обычаев и привычек и утверждать их в вере и подлинном христианском благочестии.

Соль имеет острый вкус и разъедающую силу. И истинные пастыри, уже по самому своему настроению и образу жизни, и в этом отношении подобны соли для всех противящихся Христову учению. Для людей мiра сего, не желающих жить по-христиански, пастыри, так сказать, «солоны» и естественно подвергаются с их стороны даже гонениям, по слову Самого Господа: «Аще от мiра бысте были, мiр убо свое любил бы: якоже ОТ MIPA НЕСТЕ, но Аз избрах вы от мiра, СЕГО РАДИ НЕНАВИДИТ ВАС МIР» (Иоан. 15: 19), а также и по слову св. Ап. Павла: «Вси хотящии благочестно жити о Христе Иисусе гонимы будут» (2Тим. 3: 12).

Как соль, хотя имеет острый вкус, делает пищу более вкусной и приятной для еды, так и истинные пастыри преображают к лучшему всю человеческую жизнь, делая ее осмысленной и здравой в духовном смысле.
Что же именно делает христианского пастыря «солью» для других людей?

Это – благодать Святого Духа, просвещающая и освящающая его, в таинстве священства немощная человеческая врачующая и оскудевающая восполняющая. Без благодати Божией не только пастырь, но и всякий человек, по учению Слова Божия, «окаянен и беден, и нищ, и слеп, и наг» (Апокалип. 3: 17). А таковой может ли быть «солью» для других людей? Может ли он, будучи сам слепым, указывать путь другим? Может ли тот, кто сам окаянен и нищ и наг, давать другим то, чего сам не имеет?

Таким образом, быть «солью земли» это значит быть проводником в нее Божественной благодати. Вот почему главной заботой пастыря в течение всей его земной жизни должно быть самое трезвенное и бодрственное попечение о том, как бы самому не утратить эту Божественную благодать, как бы не сделаться той «солью обуявшей», о которой говорит Христос-Спаситель, что она уже ни к чему не годна, как разве выбросить ее вон на попрание людям (Матф, 5: 13).

Истинный пастырь не должен успокаиваться на сознании, что им получена Божественная благодать в таинстве священства, и надеяться на то, что он, при всех условиях, даже при самой порочной жизни, останется носителем и раздаятелем ее для верующих.

Не напрасно Св. Ап. Павел увещевает ставленника своего молодого Ефесского Еп. Тимофея:«Воспоминаю тебе ВОЗГРЕВАТИ дар Божий, живущий в тебе возложением руку моею» (2Тим. 1:6). Этот великий благодатный дар необходимо постоянно возгревать, дабы он не погас, ибо погасши однажды, он уже не может быть снова возжен, как и соль, потерявшую свою силу, уже нельзя сделать снова соленой. Потому-то великий Златоуст в своих знаменитых «Словах о священстве» и говорит, что пастырю не следует «ожидать суждений от других, когда случится совершить грех, заслуживающий извержение, но ранее самому отречься от этой власти. Таким образом еще возможно будет получить помилование от Бога; удерживать же себя в этом достоинстве вопреки благопристойности – значит лишать себя всякого прощения и еще более воспламенять гнев Божий, прилагая к одному другое тягчайшее преступление» (Слово 3-е, стр. 423). И мы знаем из многих исторических повествований христианской древности, что пастыри, впавшие в тяжкий, заслуживающий извержение из сана грех, так и поступали. Сознавши, что они угасили в себе благодатный дар Божий, они сами добровольно оставляли свое служение, чтобы проводить всю остальную жизнь свою в подвигах покаяния.

Истинный пастырь должен быть «светом мiра».

Называя Своих учеников, а в лице их и всех пастырей, «светом мiра», Христос-Спаситель тем самым призывает их быть отражением Божественного Света в мiре, ибо в собственном смысле слова только Он один есть "Свет мiру" (Иоан. 9: 5), «Свет истинный иже просвещает всякаго человека грядущаго в мiр» (Иоан. 1: 9), а люди (светильники) могут светить другим, лишь отражая в себе этот Божественный Свет.

Просветившись этим Божественным Светом, истинный пастырь, по мысли Господа, должен стать светильником для других людей, прогоняя тьму неведения и заблуждений, просвещая их умы верою и познанием вещей мiра духовного, согревая сердца их любовию к Богу теплотой Святого Духа. Все дела и поступки пастыря должны быть чисты, светлы и назидательны, так чтобы, смотря на них, пасомые сами зажигались бы Божественною ревностью, стремясь к искреннему нелицемерному Богоугождению.

Страшась, как бы не сделаться «солью обуявшею», пастырь должен более всего бояться, как бы не померк в нем этот Божественный Свет и как бы не стал он, вместо носителя Света Христова, сеятелем тьмы и диавольского мрака. А для этого, по наставлению Слова Божия, пастырь должен в первую очередь заботиться о чистоте своего сердца и своей личной жизни: он должен вести непрерывную «невидимую брань» с возникающими в душе греховными помыслами, усмирять и порабощать тело свое (1Кор. 9: 27), распинать плоть свою со страстьми и похотьми (Гал. 5: 24), «духом ходить» и не исполнять вожделений плоти (Гал. 5: 16–17), как заповедует Апостол.

Высоким примером такого истинного пастыря, бывшего подлинно «солью земли» и «светом мiра», явился в наши дни великий всероссийский пастырь приснопамятный о. Иоанн Кронштадтский. Его духовный облик и должен постоянно предноситься нашему мысленному взору; его дивный дневник, отражающей в себе «благодатное озарение души, которого он удостоился от всепросвещаюшаго Духа Божия в минуты глубокаго к себе внимания и самоиспытания, особенно во время молитвы», должен быть настольным руководством для каждого пастыря.
Признавая великого Кронштадтского пастыря, как несомненного угодника Божия, непререкаемым авторитетом для себя в нынешнее время, мы должны, подобно ему, здраво и трезво смотреть на окружающею нас жизнь, не закрывая глаз на современную грозную действительность; должны распознавать знамения времен, по заповеди Спасителя (Матф. 16: 34; 24: 32–33), а не предаваться легкомысленной безпечности и «прекраснодушной» мечтательности, способной Антихриста принять за Христа.

Ведь во времена о. Иоанна Кронштадтского еще не было на месте Православной России богоборческого государства, основанного на злобе и насилии и не без успеха пытающегося завладеть всем мiром, а между тем вот что говорил он еще тогда в своих вдохновенных проповедях: «Ныне страшное время безверия и ОТСТУПЛЕНИЯ от Бога, время потрясающих душу беззаконий всякого рода; многие люди обратились нравственно в диких зверей или злых гениев или духов. Нет для них ничего святого»...
(«Новыя слова, произнесенныя в 1906–7 г. г.» стр. 78).

Комментарии