Разсказъ Анастасіи Крупенчикъ

Анастасія Крупенчикъ, жившая въ партизанскомъ р-не Россоны въ деревнѣ Кубелище и оставшаяся какъ больная въ своей хатѣ послѣ отхода Красных партизанскихъ бандъ, повѣдала намъ жуткую исторію тѣхъ преступленій, которыя творили у нихъ бандиты. Ея разсказъ представляетъ собой страшный итогъ большевицкой жестокости, а вмѣстѣ съ тѣмъ презрѣнія и оскорбленія всѣхъ человѣческихъ правъ и человѣческаго достоинства.

Вотъ, что разсказываетъ Анастасія Крупенчикъ:

«Въ 14 часовъ 26.12.1943 г. въ деревню Кубелище прибыли командиры и комиссары бандъ изъ трехъ районовъ, а именно: Дриссенскaго, Освейскaго и Россонскaго. Въ связи съ приближеніемъ германскихъ войскъ командиры признали необходимымъ перемѣщеніе партизанскихъ отрядовъ. Но населеніе они ничего не говорили о своихъ планахъ. Только вечеромъ, когда въ деревню все прибывали и прибывали бандитскіе отряды, послѣдовалъ вдругъ приказъ всему населенію за исключеніемъ больныхъ, раненыхъ и дѣтей примкнуть къ колоннамъ отступающихъ бандитовъ. Такъ что отступать вмѣстѣ съ партизанами должны были только здоровые мужчины и женщины и могущая выдержать тяжесть переходовъ подрастающая молодежь. Запрещено также было брать съ собой необходимое имущество. Лошади, запряженныя въ сани, телѣги, нагруженныя различнымъ скарбомъ, должны были быть оставлены на произволъ судьбы. Съ дѣтьми бандиты расправлялись жестоко и безчеловѣчно, насильно отрывая ихъ отъ родителей и отшвыривая и бросая ихъ, куда попало въ снѣгъ, и даже въ колодцы. Въ сѣняхъ одной хаты мы услышали плачъ и крикъ ребенка, мать котораго насильно была забрана въ колонну уводимaго населенія.

Трехлѣтній ребенокъ кричалъ изо всѣхъ силъ. Моя хозяйка Обуховичъ принесла этого ребенка къ намъ въ хату. Мы просидѣли всю ночь, не смыкая глазъ и прислушиваясь къ душераздирающему крику и плачу ребятъ, которыя какъ безумныя ночью, по морозу бѣгали по деревнѣ, разыскивая своихъ родныхъ. Раненые и тифозные, оставшiеся лежать въ саняхъ подъ открытымъ небомъ, своими стонами и призывами о помощи дополняли эту жуткую картину. Всѣ разъясненія, даваемыя населенію командирами бандъ о томъ, что они ведутъ ихъ на соединеніе съ красной арміей, были только ложью, т.к. въ дѣйствительности бандиты пытались уйти отъ приближающихся германскихъ войскъ и надѣялись найти свое убѣжище въ глубинѣ лѣса. При этихъ обстоятельствахъ дѣти и больные могли бы только мѣшать ихъ дѣйствіямъ.

Паническое бѣгство бандитовъ все же дало возможность многимъ жителямъ нашей деревни тихонько отколоться отъ бандъ и вернуться обратно. Подъ утро вернулась и та женщина, ребенокъ которой остался въ холодныхъ сѣняхъ и былъ спасенъ нами.
Нѣкоторые находили кто свою корову, кто коня, кто ребенка. Но много ребятъ, которыя пролежали всю ночь на снѣгу, замерзли. Ихъ остановившiеся глаза смотрѣли въ небо, на щекахъ замерзли слезы, и ротъ былъ открытъ.

Одна женщина, Счастная Лавреника, изъ деревни Соколище имѣла при себѣ шестеро маленькихъ дѣтей, изъ которыхъ двое были дѣти ея старшей дочери, двое дѣти ея второй дочери, а двое ея собственныя. Вся эта семья была заживо сожжена въ своей хатѣ, такъ какъ Счастная Лавреника не имѣла возможности съ маленькими дѣтьми уйти въ лѣсъ. Только одинъ 13-ти лѣтній мальчикъ изъ этой семьи сумѣлъ выбраться изъ горящей хаты и спастись.

Около колодца недалеко отъ нашего дома лежала, вытянутая изъ воды маленькая дѣвочка, приблизительно лѣтъ четырехъ. Небольшой ротикъ ея былъ крѣпко стиснутъ, на щечкахъ еще былъ слабый румянецъ. На ней было старенькое пальто, и голова повязана платкомъ. Одна ножка была обута въ валенокъ, а другой валялся на льду. Казалось, что она спитъ, но она была мертва.

Въ серединѣ января с.г. пришли нѣмцы. Со всѣхъ сторонъ нѣмцы стягивали населеніе назадъ, которое ушло въ лѣса, частью бѣжавъ туда по собственной волѣ, чтобы укрыться отъ ужасовъ войны, частью уведенныхъ туда бандитами. Всѣмъ было разрѣшено возвратиться въ свои деревни, къ своимъ родителямъ, родственникамъ и т.д. О томъ, что насъ посадятъ за колючую проволоку и помѣстятъ въ лагеряхъ, не было и рѣчи.

Меня лично отвезли къ моимъ родителямъ и родственникамъ въ Боровуху, гдѣ я нахожусь сейчасъ. Тутъ я почувствовала радость, которую давно не испытывала, отъ одного только сознанія, что больше не нужно бояться бандитовъ.
Я преисполнена благодарности къ германскому солдату и его командованію. Они, германскіе солдаты, дѣйствительно насъ освободили отъ жестокихъ сталинскихъ палачей».

(ГАРФ, ф.5861, оп. 1, д. 21. л. 29-32)

Комментарии