КНЯГИНЯ УРУСОВА. ПЛАЧ СВЯТОЙ РУСИ

ПАТРИАРХ ТИХОН БЕЛЛАВИН
Поместный Собор Церковный. Трепет прошел по телу, когда на сцену вышел Патриарх Тихон и занял среднее место, за ним — митрополиты, епископы, почтенные старцы, монахи, и иеросхимонах Алексий. Хотело плакать и закричать:
«Спасите Россию и Церковь нашу, на вас смотрят почти 200 миллионов людей»...
На кафедру, которая была между публикой и сценой, начали выходить попеременно духовные и гражданские ораторы. Чем дальше тем более и моей душой овладевал страхи тревога: ни единого слова в защиту Веры, в защиту Православия, защиту надежды на Бога, дабы победить надвигающуюся жуткую опасность, не было сказано! Вычислялись цифры, говорилось о создании громадных зданий для будущих церковно приходских школ, покупке имений и т. д. вот объявляют: сейчас будет говорить профессор из Белоруссии (фамилию его забыла). Вышел маленького роста, скромного вида, невзрачный человек, и этот маленький человек сказал немного, но сильных и больших слов. Я, конечно, не помню их буквально, хоть и было мало, ему не дали говорить, и кто не дал?
Со сцены, где сидели Архиереи, поднялось шиканье, и его заставили сойти с кафедры. Сказал он, обращаясь к Патриарху всему правящему духовенству: «Не этими вопроса: должны мы сейчас заниматься! РОССИЯ ГИБНЕТ. ТРОН ПОРУГАН. Без Помазанника Божия, Православного Царя, она скоро подпадет под власть тьмы».
Он сошел с кафедры за то, что коснулся «политики», когда постановлено было ее не касаться.
Я встала и вышла из собрания. Ничего больше могу написать ни о Соборе, ни о Церкви вообще т. к. благодаря безвыходной нужде покинула Лавру переехала на Кавказ, и только иногда узнавала что нибудь от приезжавших людей.
С Патриархом я была лично очень хорошо знакома, это был добрый, умный, но не сильного духа Глава Церкви. Он сам не чувствовал себя способным к такому ответственному делу, о чем не раз говорил, и если б была его воля и он не прошел бы по жребию, он никогда добровольно не взял бы этого креста на себя, т. к. благодаря слабоволию мог быть причиной несения креста другими. Так и случилось в вопросе по изъятию церковных ценностей.
Он НЕ ВЗЯЛ НА СЕБЯ Декретом о т к а з а т ь в святых ценностях большевикам, а Указом дал каждому священнику право — действовать по личному усмотрению. И вот тех, кому Святые Чаши были дороже жизни, погнали тысячами на мучение в Сибирь, эти люди стали первомученниками во второй эре христианского мученичества в мире.

Комментарии